Рамиз Мехтиев: армяне пытаются всячески исказить историю соседних народов, в том числе историю азербайджанского народа


Print

Армяне выстроили свою искусственную государственность на исторических азербайджанских территориях, создали мононациональную страну, отмечает руководитель Администрации Президента Азербайджанской Республики, академик Рамиз Мехтиев.

Руководитель Администрации Президента Азербайджанской Республики, академик Рамиз Мехтиев дал интервью газете „Бакинский рабочий“. Предлагаем вниманию читателей это интервью.

– Рамиз муаллим, Вы периодически выступаете со статьями и книгами, в которых анализируете актуальные процессы современности, демонстрируете видение властью переживаемых процессов. Ваши труды вызывают широкий резонанс в обществе. Хотелось бы узнать, какая тема сейчас находится в разработке, и чего ждать в ближайшем будущем?

– Азербайджанская государственность на протяжении тысячелетий переживала периоды становления, расцвета и упадка. В течение последних двухсот лет территория, часть которой сегодня входит в состав Азербайджанской Республики, становилась объектом агрессии крупных государств. Но на сегодня мы – один из немногих народов, имеющих свою независимую, суверенную государственность, которая признана мировым сообществом.

Однако история дает пример того, что не все народы могут объективно осознать ценность национального государства, что в итоге приводит к их исчезновению или же нивелированию их значимости в общемировых процессах. С другой стороны, не каждое государство является хозяином своего положения, а потому превращается в „разменную монету“, становясь обычным объектом мировой геополитики. Одной из главных причин такого положения является отсутствие подлинного лидера нации, который мог бы повести свой народ, умело обходя создаваемые препятствия. Нация должна иметь стратегическую программу своего развития, национальную идею – смысл существования государства и нации, цели и приоритеты развития.

Тема национальной идеи азербайджанского народа является основным объектом моего исследования в последние три года и станет основным трендом будущей книги.

Азербайджанская национальная идея прошла непростой путь становления, имеет свою специфику и отличается своим содержанием, универсальностью, гуманностью, гибкостью и естественностью. Это не громкие слова, а реальность, которая предстала предо мной, когда я взялся изучать существующие взгляды относительно этногенеза азербайджанского народа, период становления национальной идеи во второй половине XIX – начале XX века, период определенной трансформации во время нахождения Азербайджана в составе СССР и нелегкий период восстановления независимости, строительства независимой государственности и дальнейшего развития национального самосознания.

– Можно ли выделить периоды формирования национальной идеи азербайджанцев? Ведь у каждого процесса должна быть определенная периодизация.

– Несомненно. Для формирования законченной конструкции следовало, опираясь на историю, сформировать периодизацию процесса становления и трансформации национально-идеологического концепта азербайджанского народа. Поэтому после проведения эмпирического анализа исторического процесса я выделил следующие этапы.

На мой взгляд, первый этап эволюции национальной идеи охватывает 1828-1875 годы. После русско-иранской войны территория северной части Азербайджана оказалась в составе Российской империи, где начался постепенный процесс солидаризации азербайджанцев. В то время передовая часть азербайджанского общества еще находилась во власти персидской и арабской духовности. Вместе с тем именно в этот период начинает формироваться национальная реалистическая литературная школа, которая посеяла зерна национального пробуждения, давшие всходы в последующие десятилетия.

Самыми яркими представителями зарождающейся новой интеллигенции были Аббаскулиага Бакиханов, Мирза Казимбек, Мирза Фатали Ахундов и др., которые выделялись своими энциклопедическими знаниями. Они были первыми представителями той немногочисленной азербайджанской интеллигенции, которая оказалась втянутой в круг передовой русской культуры и через нее приобщилась к европейской культуре XIX века. Философские, исторические и литературные труды этих выдающихся мыслителей стоят у истоков этнического пробуждения населения Северного Азербайджана.

Следует указать, что при вступлении азербайджанских ханств в состав Российской империи местное дворянство было лишено своих титулов и не получило аналогичных титулов в составе России, взамен этого появилось новое сословие – т.н. „мусульманское духовенство“. Это и стало главным критерием идентификации в азербайджанском обществе в тот период.

Начало второго этапа связано с учреждением в 1875 году в Баку Гасан беком Зардаби первой среди российских мусульман газеты „Экинчи“ („Пахарь“) на азербайджанском языке и охватывает период до начала XX века. Эта первая азербайджанская газета сыграла в истории национального пробуждения исключительно важную роль. Как один из родоначальников азербайджанского театра и поборник реализма в литературе, на страницах газеты в своих статьях Гасан бек Зардаби выступал против религиозно-мистической поэзии. Газета устами своего редактора призывала соотечественников бороться с национальной ограниченностью и приобщаться к научным достижениям своего времени.

Как носитель просветительских идей газета „Экинчи“ сыграла историческую роль, заложив основу формирования у немногочисленной азербайджанской интеллигенции национального самосознания. Созданные же братьями Сеидом и Джамалом Унсизаде издания „Зия“ и „Кешкюль“, продолжая традиции „Экинчи“, знакомили своих читателей с достижениями европейской науки, образования и культуры. Эти издания хотя и не оставили заметный след в истории общественной мысли своего времени, все же явились показателем начала творческой активности азербайджанской интеллигенции в конце последней четверти XIX века. Несомненно, они пробудили интерес к печатному делу, а самое главное – критическое осмысление публикуемых ими статей дало сильный толчок появлению новых изданий, отвечающих задачам дня.

Второе поколение интеллигенции, сформировавшееся к концу XIX века, стало уже обращаться к традициям тюркской культуры. В 1891 году в газете „Кешкюль“ была опубликована статья М.Шахтахтинского, которая предлагала ввести термин „азербайджанские тюрки“. Этим самым была сделана попытка связать тюркское самосознание с азербайджанской идентичностью.

В главную народную трибуну превратилась газета „Каспий“, возглавляемая Алимарданбеком Топчубашевым, хотя и выходила на русском языке.

Видными представителями плеяды просветителей второго периода были такие личности, как Наджаф бек Везиров, Султан Меджид Ганизаде, Нариман Нариманов, Мирза Алекпер Сабир, Омар Фаиг Неманзаде, Джалил Мамедкулизаде и др.

Третий период берет начало с революции 1905-1907 гг. в России и завершается падением Закавказского Сейма в мае 1918 года. Политические события этих лет сыграли огромную роль в жизни азербайджанского народа, оказав значительное влияние на развитие его общественно-политического сознания. В первое десятилетие нового столетия отмечаются существенные общественные сдвиги, появляются первые политические партии, учреждаются новые журналы и газеты, которые активно включаются в процесс пробуждения народа, дальнейшего формирования национального самосознания и приобщения к ценностям европейской цивилизации. Издание газет „Хаят“, „Иршад“, „Фьюзат“ дало толчок к созданию национальной идеологии, формированию государственного мышления и идеи национальной свободы.

Идеи тюркизма начинают овладевать сознанием национальной буржуазии, творческой и политической интеллигенции, становятся основной платформой созданных в этот период политических организаций. Эти идеи обретают характер национального идеала, давая сильный толчок национальному движению.

Этот период характеризуется тем, что азербайджанская элита берет курс на борьбу за создание национально-территориальной автономии в составе Российской империи как конечной цели национальной идеи. Борьба за полную свободу, национальную и государственную независимость вплоть до 1918 года не стала еще повседневным делом политических организаций.

В мировой истории это время известно своими тектоническими сдвигами в мировой геополитике, развалом Российской империи и появлением условий для построения независимого государства колониальными народами. Именно в эти годы появляется новая прослойка общественно-политических деятелей, которые выступили в роли авангарда общественной мысли. Ахмедбек Агаев, Алибек Гусейнзаде, Мамед Эмин Расулзаде, Алимарданбек Топчубашев и многие другие являлись носителями азербайджанской национальной идеи, совмещая борьбу за национальные идеалы с демократическими ценностями и принципами.

Четвертый период истории формирования азербайджанской национальной идеи охватывает конец мая 1918 – конец апреля 1920 гг., когда в Тифлисе на первом заседании Национального совета было принято решение о провозглашении Азербайджана независимым государством.

Таким образом, дата 28 мая 1918 года впервые стала символом воплощения в жизнь азербайджанской национальной идеи, за торжество которой боролись лучшие сына народа. Отцам-основателям молодого государства пришлось вести ожесточенную борьбу за международное признание Азербайджана как независимого государства. Однако интересы великих держав, политическая конъюнктура стали серьезным препятствием для достижения этой цели.

Вскоре после провозглашения Азербайджанской Демократической Республики Временный национальный совет переехал во временную столицу – город Гянджа. И лишь в середине сентября, после освобождения Баку от войск „Диктатуры Центрокаспия“, правительство смогло приступить к активному государственному строительству и налаживанию внутренней жизни страны. Но время было упущено. Накопилось огромное число проблем, требующих срочного решения, а отсутствие квалифицированных национальных кадров сильно тормозило эффективное управление страной. К тому же правительственная чехарда, комплектование руководящих постов по протекции, „своими людьми“ или же неблагонадежными кадрами, которые служили интересам различных внешнеполитических сил, вмешательство иностранных государств во внутренние дела страны, глубокий социально-экономический кризис и т.д. – все это, конечно же, не служило делу укрепления государственной власти.

В итоге это привело к тому, что под давлением Советской России правительство Азербайджанской Демократической Республики вынуждено было 28 апреля 1920 г. передать власть азербайджанским большевикам, которые провозгласили в Азербайджане советскую власть, полностью попав в подчинение большевистской России.

Так был похоронен первый опыт реализации азербайджанской национальной идеи, главной целью которой было создание независимого демократического государства.

Основными достижениями указанных этапов можно считать закладку идеологических основ всех начинаний политического и социокультурного преобразования нации. Коллективные формы самоидентификации – религиозная, этническая и социокультурная (цивилизационная) – были кооптированы в единую национальную, государственную идею. Таким образом, стали возможными оформление основных понятий „нация“, „национальное достоинство“, „государство“ и обсуждение отдельных воззрений относительно будущего нации.

Падение Азербайджанской Демократической Республики 28 апреля 1920 года изменило демократический характер государства, политическую организацию азербайджанского общества и имело негативное влияние на международное признание азербайджанской модели нации – государства.

Период с конца апреля 1920-го до начала 1988 года – это время, когда азербайджанский народ усилиями коммунистической идеологии был представлен как часть советского народа, где русский язык был объявлен языком межнационального общения, а национальные интересы преданы забвению.

Начавшиеся с первых лет советской власти репрессии уничтожили все ростки национальной мысли и затормозили процесс национальной самоидентификации азербайджанского народа. Советский период отличался установлением новой идентификации общества, не имеющей объективных оснований и являющейся искусственно созданной. Отсутствие права на создание национальных политических организаций, а также установление тоталитарной, административно-командной системы управления привнесли в азербайджанскую действительность трансформированную модель национальной мысли, адаптированной к требованиям советской эпохи.

Коммунистическая идеология, выдвинув положение о пролетарском сознании, по существу, оказывала негативное влияние на эволюцию национального самосознания, в ней не было места для национальной мысли. Требовалось, чтобы история все-таки выдвинула на политическую авансцену государственного деятеля, который в условиях безальтернативной Коммунистической партии мог бы реализовать политику, рассчитанную на развитие национальной мысли и национальной экономики, духовное возрождение, улучшение благосостояния населения и качества образования, являющегося базой для роста национального самосознания.

Возглавивший в 1969 году Азербайджанскую ССР Гейдар Алиев предстал государственным деятелем, для которого проблемы развития нации и национальные интересы были смыслом жизни. Создание в 70-80-е годы прошлого века мощной экономической базы позволило Азербайджану перейти в статус аграрно-индустриальной республики. Ставка делалась в основном на национальные кадры, которые стали полноценно участвовать в управлении республикой. Принимались меры по формированию кадрового потенциала с перспективой на будущее. Заботливое отношение к творческой интеллигенции, представителям науки способствовало появлению и реализации инициатив, отражающих высокий научно-технический и культурный потенциал нации.

Конечно, нельзя говорить, что в этот период общественная дискуссия азербайджанского общества велась в направлении продолжения оформления национальной идеи. Но фактом является то, что понятие „национальные интересы“ не было чуждым для передовой части азербайджанского общества и правящей элиты во главе с Г.А.Алиевым. Осторожная и последовательная реализация национальных интересов в реальной политике в рамках союзного государства подготовила почву для разворота национального движения в стране в конце 80-х годов прошлого столетия, создала базу для обретения государственной независимости в 1991 году.

Пятый этап процесса формирования национальной идеи можно охарактеризовать как период политического пробуждения азербайджанского народа, его активного участия в политических процессах. Он связан с народным движением в конце 1987 – начале 1988 гг., перешедшим потом в качественно новое движение – национально-освободительное после января 1990 г.

В течение очень короткого периода времени азербайджанское общество пережило сильное потрясение, вызванное позицией руководства СССР относительно статуса Нагорного Карабаха.

Неподготовленность группы людей, претендующей на лидерство в национальном движении, а также ухудшение ситуации в Нагорном Карабахе привели к трагическим событиям 20 января 1990 года, когда со стороны Центра против народного движения была проведена жестокая карательная операция, в результате которой были убиты 131 человек, 744 получили ранения, незаконно арестованы 841 человек, а десятки числились без вести пропавшими.

Шестой период в формировании национальной идеи можно определить как период перерастания национального сознания в осознание азербайджанской нацией необходимости создания своего независимого государства. Сильный толчок пробуждению этого сознания и этих чувств дали январские события 1990 года. Этот период охватывает январь 1990-июнь 1993 гг.

Особенностью этого периода было то, что во главу угла государственной политики была поставлена одна из форм коллективной самоидентификации, а именно социокультурная, отождествляемая исключительно в тюркском начале. Базисный тюркский компонент, определенный в приоритете титульной нации в процессе самоидентификации, был предложен в качестве единственной формы национальной идеи, и все последующие шаги, как во внутриполитическом поле, так и во внешнеполитической деятельности, были продиктованы исключительно этим фактором.

Вскоре последствия ошибочной национальной политики дали о себе знать в появлении т.н. общественных организаций представителей различных национальных групп с сильно выраженным этническим компонентом и сепаратистскими настроениями. Пришедшие во власть политические группы не смогли реализовать курс, направленный на объединение нации, восстановление стабильности и порядка в обществе.

Этот период, характеризующийся сползанием к охлократии – власти толпы, регрессом государственности, оккупацией части территории страны, нестабильностью и политическими катаклизмами, сложно квалифицировать как независимый период в истории республики. Требовались государственная воля и политические перемены, чтобы Азербайджанское государство вступило на путь полной свободы и самостоятельности.

С лета 1993 года начинается седьмой период истории формирования национальной идеи, который завершается ее воплощением к 2003 году. Характерными чертами этого периода стали установление общественно-политической стабильности, создание основ будущего экономического роста и политического развития страны.

Национальная идея за эти годы достигла этапа окончательного развития в формуле национальной независимости – суверенного государства. В результате политики Гейдара Алиева в структуру понятия „нация“ были включены все коллективные формы самоидентификации: этнические, религиозные, социокультурные, политические и др.

Азербайджанская идея выступила идеей всех этнических групп, проживающих в Азербайджане и считающих его своей общей Родиной. Полиэтническая природа Азербайджана стала нашим огромным достоянием. Это ценность, которая характеризует современный Азербайджан, и мы должны ею дорожить. Новая форма национальной идентификации с этого периода отождествляется с идеологией „азербайджанизма“ в более широком и обновленном формате. Именно в этот период произошло окончательное завершение процесса формирования национальной идеи в контексте создания и укрепления государственной независимости азербайджанской нации.

Необходимо отметить, что, начиная с конца 2003 года, национальная идея наполняется качественно новыми аспектами развития независимого государства и выстраивания отношений с миром. Векторы развития государства в этот период предопределили новую позицию страны в региональном и глобальном периметрах.

Активный рост экономической мощи государства постепенно трансформирует общественное сознание в направление, когда оно гармонично взаимодействует с окружающим миром, реально ощущает перспективы и приоритеты развития. Все больше ориентируясь на конкурентоспособную парадигму, приоритетными идеями, превалирующими в умах властной и общественно-политической элиты, становятся идеи интенсификации экономического и демократического транзита, перехода к инновационному развитию во всех областях жизни государства.

Изучение опыта формирования азербайджанской нации в контексте всех входящих в нее этносов как единого, целостного социально-политического организма – это важнейшая задача, которая стоит перед нашей гуманитарной наукой. Мы не должны опасаться открыто говорить о новых компонентах национальных принципов, гражданском национализме как защитнике национальной культуры от нападок извне, от внутреннего ослабления и разрушения.

– Какое место в национальной идее отводится этногенезу азербайджанцев?

– Начну с того, что этногенез – это не просто происхождение этноса. Это – процесс становления этноса от момента возникновения до исчезновения или перехода в состояние гомеостаза (неподвижности). Наукой установлено, что нет этноса, который бы не произошел от разных предков. Тут нет прямолинейного развития.

Лев Гумилев считал, что этногенез – это природный процесс биосферы, возникающий иногда и являющийся одним из компонентов этнической истории наряду с тремя постоянно действующими факторами: 1) социально-политическим; 2) техническим; 3) географическим. Но динамика этногенеза идет за счет четвертого фактора – пассионарного толчка. Это – локальный вариант внутривидового формообразования, определяющийся сочетанием исторического и ландшафтного факторов.

Важно знать, что хотя этногенез – это тоже статистический природный процесс, однако идет он медленно: от момента пассионарного толчка до полного затухания его инерции проходит свыше тысячи лет. Нам кажется, что за время нашей жизни ничего значительного с этнической системой не происходит, и мы принимаем этнос за постоянную величину. Но это глубокое заблуждение.

Переселения народов, захватнические войны, экологические процессы на протяжении тысячелетий являлись главными причинами исчезновения одних народов и появления других, смешения племен и этносов, трансформации языков и культур. Эти исторические процессы не обошли и азербайджанский народ, который имеет богатую этническую историю.

Из-за комфортных климатических условий территория Южного Кавказа являлась местом древнего заселения человеком. На территории современного Азербайджана появлялись и исчезали многочисленные государства и этносы, каждый из которых оставил свой след в истории Азербайджана.

Азербайджанская нация формировалась, как плавильный котел, в котором отражается единство исторического пути всех проживающих на территории Азербайджана этносов. Здесь, наряду с мощным тюркским, присутствует иранское, арабское начало, албанский пласт, другие древние этносы, все они естественным образом веками ассимилировались в единый народ, обретая черты, компоненты национальной идентичности азербайджанцев.

Можно с уверенностью сказать, что каждый азербайджанец является наследником древних государств, которые создавались на территории современного Азербайджана. В жилах азербайджанцев течет кровь также этих наших древних предков. Это – реальность, которую учит нас признать антропологическая наука – наука о происхождении и эволюции человека, образовании человеческих рас и о нормальных вариациях физического строения человека.

Скептикам посоветовал бы ближе ознакомиться с современной теорией эволюции человека. Может быть, они тогда глубже осознают, как шел процесс формирования азербайджанского народа на протяжении тысячелетий.

История Азербайджана дает богатый материал для анализа и формирования единой системы этногенеза азербайджанского народа. Методика изучения происхождения азербайджанского народа базируется на учете комплекса трех составляющих компонентов этногенеза: антропогенез (биологическое происхождение народа), глоттогенез (происхождение языка народа) и культурогенез (происхождение культуры народа). Таким образом, этногенез азербайджанцев изучается антропологией (включая также генетику), совместно с лингвистикой, историей и археологией.

Результаты многочисленных исследований предоставляют возможность сделать экскурс в древнюю историю края. Она дает нам многочисленные доказательства существования на этих территориях древних государств и народов, которые сегодня справедливо считаются предками азербайджанцев.

Древние племенные союзы кутиев и лулубеев, этносы, объединенные государствами Манна и Мидия, Атропатена и Кавказская Албания, племена, которые перечисляет Страбон в своих источниках, являются примерами совместного проживания многочисленных разноязычных племен и народов на территории исторического Азербайджана. Все эти народы являются нашими этническими предками, они являются частью нашего сознания.

Со временем тюркский элемент, будучи пассионарным в нациообразовании, являлся наиболее многочисленным. Благодаря этому фактору, а также непреодолимому внутреннему стремлению к деятельности, тюркский элемент возглавил длительный процесс консолидации этносов в азербайджанскую нацию. Все это накладывает свой ощутимый отпечаток на этническую карту азербайджанцев. Такое понимание нации полностью соответствует научному объяснению всех современных наций-государств, согласно которому все граждане определенного государства составляют один народ, одну нацию.

Несомненно, азербайджанский народ принадлежит к семье тюркоязычных народов, в формировании которых участвовали различные этнические элементы. Так, языки туркмен, азербайджанцев и турок очень близки, но к XXI веку, наряду с древними своими предками, в особенности огузскими племенами, каждый из этих народов подошел на плечах разных этнических групп, которые населяли регион их проживания. Их влияние мы ощущаем, как говорится, на каждом шагу: в составе слов, элементах традиции и культуры, в быту, нередко во внешних данных их представителей и т.д.

Сегодня азербайджанцы – это граждане Азербайджанской Республики, которые объективно являются преемниками и наследниками всех государств и народов, которые населяли эту территорию на протяжении тысячелетий. Этническое разнообразие является огромным богатством азербайджанского народа, которое следует беречь. Мощное консолидирующее начало, заложенное в идеологии азербайджанизма, создает благоприятные условия для того, чтобы каждый гражданин являлся носителем ответственности за свою Родину перед бывшими и будущими поколениями.

– Нация на сегодня – это все же больше политическое или этническое содержание?

– Каждый исторический период характеризуется определенным понятийно-категориальным аппаратом. Понятие „нация“ за последние двести лет претерпело кардинальные изменения. Понимание „нации“ в Азербайджане в XIX веке имело исключительно религиозный контекст. Нация и умма полностью отождествлялись, и в понятие нация, вкладывалось более обширное понимание консолидации людей по религиозному принципу. После эволюции национальной мысли в понятие „нация“, наряду с религиозной, включилась также и социокульутрная составляющая, которая со временем приобрела приоритетный характер. Появилось этническое содержание нации, которое вписывалось в программу национально-освободительного движения начала XX века.

Наполнение политическим содержанием понятия „нация“ стало реальностью при формировании Парламента АДР в 1919 году, когда правящая политическая сила предоставила возможность всем социальным группам, вне зависимости от национальной, религиозной и классовой принадлежности, принимать участие в решении проблем общего государства. Советский период в истории Азербайджана ознаменовался отходом от этничности и переходом к искусственной нации „советский гражданин“. Это было неудачным наполнением этого термина исключительно политическим содержанием.

В результате обретения независимости в 1991 году в Азербайджане вновь были развернуты обсуждения вокруг того, „кто мы?“. Одна из форм коллективной идентификации – этническая – приобретала приоритетное значение. В ответ на семидесятилетнее игнорирование этничности данный компонент в течение короткого периода времени набрал мощный импульс и приобрел излишний характер.

Однако не все национальности, живущие в республике, являлись носителями тюркской этничности и, следовательно, категорический выбор такой формы идентификации негативно влиял на целостность общества. Дебаты вокруг этнической и языковой идентификации азербайджанцев, в которых приоритет отдавался тюркизму, расшатывали устойчивость общества, толкали его к расчленению по этническому признаку. Лишь своевременное вмешательство в этот процесс Гейдара Алиева, выбравшего азербайджанизм как приоритет государственной формы гражданства над этничностью, сняло остроту проблемы. При этом было сохранено название нации, отождествленное с названием государства.

Этот период формирования независимой Азербайджанской государственности можно сравнить с периодом формирования национальной идеи во Франции. В период Французской революции 1789 года, когда сторонники децентрализации какое-то время пользовались популярностью в провинциях, национальное французское единство было сохранено благодаря победе якобинцев, и этот аспект лег в основу французской национальной идеи. С этого времени понятие „национальный“ стало использоваться в новом контексте. Парламент был переименован в Национальную ассамблею и стал олицетворять суверенитет, осуществляемый от имени нации.

Сформировался новый подход к понятию нации: воля к совместному проживанию и, как результат, – единство и неделимость нации и государства, то о чем говорил Гейдар Алиев на первом съезде азербайджанцев мира: „Азербайджанство означает сохранение своей национальной принадлежности, сохранение национально-духовных ценностей и вместе с тем обогащение их синтезом, интеграцией с общечеловеческими ценностями, а также обеспечение развития каждого человека“.

Сегодня Азербайджан с успехом перенимает позитивный опыт, и недаром тезис „азербайджанцем может считаться тот, кто себя им чувствует“ актуален не только для тех, кто родился азербайджанцами, но и для тех, кто, не имея этнической привязки, являются гражданами страны. Азербайджан за последние годы стал родиной всех азербайджанцев и получил статус носителя универсальных ценностей.

– Армяне являются нашими соседями. А некоторые лица в Армении заявляют, что армянский народ сложился восемь тысяч лет назад. Из этого следует, что они являются исконным населением этих мест. Насколько подобные заявления согласуются с наукой?

– Эти заявления не имеют ничего общего с наукой. Фантазировать можно все, что захочется, но вопрос в том, что некоторые армянские псевдоученые превратили историческую науку в предмет для развлечений. Чего стоит, например, заявление о том, что армяне – единственная нация, история которой не прерывалась со дня их происхождения в древности. Конечно, это абсурд. Подобные заявления не укладываются в существующие научные схемы, так как противоречат принципам этногенеза.

То, что армяне так активно манипулируют своей историей, это их дело. Но на этом они не успокаиваются, а потому пытаются всячески исказить историю соседних народов, в том числе историю азербайджанского народа, который, якобы, создан искусственно в начале XX века.

Мы нередко становимся свидетелями распространения со стороны некоторых кругов Армении и ее руководителей провокационных слухов о, якобы, имеющемся недовольстве отдельных этнических групп в Азербайджане, даже организации для сепаратистски настроенных лиц т.н. конференций, цель которых – поставить под сомнение целостность азербайджанского общества.

Подобные инсинуации, имеющие целью опорочить азербайджанский народ, являются результатом определенной болезни. Их враждебные действия свидетельствуют о том, насколько некоторые силы в Армении глубоко заражены этноспецифическим синдромом, который является сочетанием болезненных признаков, связанных с нарушением сознания и поведения. Если учесть еще и парафренный синдром, характеризующийся наличием систематического бреда величия, то не трудно понять, чем обусловлены деструктивные действия некоторых кругов в армянском обществе.

Конечно, им трудно понять, как различные этнические группы мирно проживают в едином государстве, разделяют горечи и радости друг друга. Армяне выстроили свою искусственную государственность на исторических азербайджанских территориях, создали мононациональную страну. Архаичная привязка к этничности в построении национального государства демонстрирует, что армяне еще находятся на пути к осмыслению политического характера национального строительства. В понимании национальной государственности они все еще застряли в условиях начала XX века. Армянское общество не в состоянии выработать качественно новую формулу, предусматривающую независимое развитие и мирное сосуществование с соседями. Деструктивный подход к роли своего государства в регионе тормозит развитие не только самой Армении, но и негативно сказывается на решении проблем Южного Кавказа, народы которого перешли в качественно иной период своего развития.

Такое поведение армян объясняется отсутствием генетической привязки армянского народа к данной территории. По причине скудности археологических данных по истории армян ядром изучения этногенеза этого народа являются лингвистические и антропологические данные. Армяне, конечно же, как и любой народ, имеют свою историю. Однако то, что выдается за историю армян, не опирается на археологические изыскания или же древние памятники. Исследователям не известны источники античного или более раннего периода, в которых армяне сообщали бы что-либо о своей истории.

Нет достоверных сведений об армянской письменности до возникновения в V в. н.э. армянского алфавита. Первые армянские тексты, известные ученым, относятся к V веку. Не обнаружено также археологических следов армянской городской культуры или каких-либо фундаментальных сооружений ранее I века ни на территории восточной Турции, ни на территории современной Армении, где поиски велись очень тщательно.

Название страны Арминия, в которой жили армины, впервые встречается в надписях персидского царя Дария I (около 522-488 гг. до н.э.). В Накшерустамской и Бехистунской надписях недалеко от современного иранского города Хамадан, выполненных параллельно на аккадском, древнеперсидском и эламском языках, древнеперсидское слова Armina и эламское Har-mi-nu-ia появляются в тех местах древнеперсидского и эламского текстов, где в аккадском тексте стоит аккадское U-ra-as-tu, то есть Урарту. Царь Дарий I перечисляет 25 покоренных народов и сообщает о размерах подвластных ему земель. В этом списке о хайах нет ни слова, но существует географическая область Арминия, которая к нынешним армянам отношения не имеет.

Антропологически армяне относятся к арменоидному (переднеазиатскому) типу европеоидной расы. Характерные черты этого типа в основном встречаются у всего населения Передней Азии. Переднеазиатский тип сложился в эпоху неолита не позднее IV тысячелетия до н.э.

При этом современные армяне не отличаются антропологической однородностью, что связывается со сложным процессом этногенеза (вследствие различных миграций этнических элементов, вошедших в армянский этнос).

Найденные черепа в древних могильниках на территории Армении по своим головным показателям резко отличаются от головных показателей современных армян. По своим же наследственным физическим признакам деление армян на 16 антропологических типов вызывает у исследователей недоумение: у одного народа не может быть столько антропологических различий. И в самом деле, это может быть только результатом того, что в составе армян имеется много ассимилированных этнических групп, отличающихся своим происхождением. Исследователи, изучающие этногенез армян, знают, что в их составе имеется определенный слой ассимилированных цыган. Возможно, по этой причине армяне не привязаны к постоянному месту проживания. Сегодня только в лесных дебрях Амазонки не встретишь их представителя.

Изучение этногенеза армян дает веские основания утверждать, что армяне – это конгломерат народов, а их язык – это комбинация, соединение языка выдавленных киммерийцами с Балкан на территорию Малой Азии – в верховья Междуречья (называемого греками Месопотамией) – племен мушков с языками местных народов: аккадов, хеттов, лувийцев, урартов, айсоров, мидийцев, персов, греков, парфян, тюрок и т.д. В IX-VII вв. до н.э. Месопотамия входила в состав Ассирии, в VII-VI вв. до н.э. – Нововавилонского царства, в VI-IV вв. до н.э. – державы Ахеменидов, в IV в. до н.э. – империи Александра Македонского, в IV-II вв. до н.э. – государства Селевкидов. Затем идут государства Парфия, Арабский халифат, Сефевиды, Османская империя и, наконец, после Первой мировой войны Месопотамия входит частично в состав Ирака, Сирии и Турции. Таким образом, предки хайев – мушки, а не армяне, как принято их называть, никогда своего государства в этом регионе не имели.

Все это дает основание сказать, что в истории этого народа нет никакой уникальности. Этногенез армян подчиняется общим закономерностям, в соответствии с которыми дается научное объяснение происхождению того или иного народа. Другое дело, в историю армян на протяжении многих веков армяно-григорианской церковью внесено столько искусственного, надуманного, столько легенды, вымысла, что даже специалистам не всегда удается разобраться, где правда, а где ложь. И все это не сложно обнаружить, если сопоставить различные энциклопедические статьи относительно армян.

Так, армянские ученые пытаются доказать, что местом их происхождения являются Турция и Южный Кавказ. Так, они утверждают, что Урарту – это древнее армянское государство. И, к сожалению, этому мифу поддаются и отдельные западные исследователи, не утруждая себя обратиться к реальным историческим фактам.

Между тем науке известно, что Урарту – древнее государство IX-VI вв. до н.э. Оно было расположено на территории географической области Армянского нагорья и частично охватывало ту зону Южного Кавказа, которая в начале XX в. была выделена под искусственно созданное государство Армения. Государство Урарту вело длительные войны с Ассирией, однако в VI в. до н.э. было завоевано мидянами – одними из древних предков азербайджанцев. Языком урартов и государства Урарту были халдский и биайнский, вместе с хурритским языком принадлежит к хурри – урартской семье языков. Их язык известен по клинописным надписям IX-VI вв. до н.э. Как видим, к армянскому языку он никакого отношения не имеет.

Предки хайев – племена мушки, – попав в результате изгнания киммерийцами с Балкан в Месопотамию, вскоре оказались на территории государства Урарту в тот период, когда оно пришло в упадок.

Однако, осев здесь, они смешались с местным населением. Начиная с VII в. до н.э. в течение тысячи лет в результате смешения местных народов и прибывающих новых этнических групп, а также ассимиляционных процессов на локальном участке восточной части Малой Азии стал формироваться новый этнос, который к III в. н.э. взял себе этноним „хай“. Однако греки дали им название „армяне“ – по месту расположения их в географической области Арминия. Так за ними закрепилось второе самоназвание „армяне“.

В моем новом исследовании уделено большое место этногенезу армян, так как этот вопрос является главным в осмыслении логики поведения этого народа. Исторически армяне легко шли на то, чтобы быть орудием в руках сильных государств или же быть использованными в борьбе крупных мировых держав. Так было во времена господства Парфии и Римской империи, продолжалось во времена существования Кавказской Албании и ее борьбы с арабскими захватчиками, в Средние века во время арабо-византийских войн или же тюркско-византийского противостояния, а также в начале ХХ века в период Первой мировой войны, когда они выступили в качестве „пятой колонны“ в составе приютившей их Османской Турции. Сегодня Армения выполняет роль „форпоста“ на Южном Кавказе.

Следует отметить, что у армянского народа оппортунизм является приоритетным в этнопсихологической карте. Используя любую возможность, даже переступая через все человеческие и гуманные принципы, армяне идут к достижению своей цели. Однако при ее достижении они не знают, что с ней делать, и не могут обеспечить последовательность своих действий. Так было во времена Тиграна две с лишним тысячи лет назад, когда его государство просуществовало чуть более 40 лет, пока Рим и Парфия приходили в себя. Так и сегодня, после крушения СССР создалась независимая Армения, которая в силу выбранного деструктивного пути пустеет и превращается в государство-иждевенца, находящееся на пороге гуманитарной катастрофы.

Консолидирующие пласты армянского общества зиждятся исключительно на исторических инсинуациях необходимости признания Турцией т.н. „геноцида 1915 года“ и несбыточной идее „миацума“. Заметьте, что ни одна из этих идей не имеет объективной исторической подоплеки, основана на агрессии и не имеет ничего общего с будущим, с перспективой. Достаточно взглянуть на основной идеологический концепт правящего в Армении режима – нждеизм, который ставит в основу граничащие с фашизмом и нацизмом концепты этнорелигии и возвышения этничности, чтобы понять, что армяне с этим политико-идеологическим концептом ничего, кроме изоляции со стороны цивилизованного сообщества, не получат.

– Как Вы охарактеризуете роль личности в становлении идеологической концепции „азербайджанизм“?

– Нация есть воля к созиданию, а чаще к преобразованию. То, что формирует нацию – это объединенная воля к совместной жизни. Но нация, не обремененная идеей, обречена на вымирание. Без идеи ничего не созидается, она нужна для того, чтобы что-то создать. В этом и заключается смысл нации. Однако нужны личности с сильным характером и высоким интеллектом, нужны идея и воля к созиданию. Без личностей нация не складывается. Именно они являются действительными конструкторами этноса.

В процессе эволюции национальной идеи азербайджанского народа были яркие личности, которые внесли свой вклад в процесс формирования конечной версии идеологической концепции. С середины XIX века общественно-политическая среда выдвигала на политическую арену когорту личностей, которые стали у руля процессов, итогом которых и стало провозглашение Азербайджанской Демократической Республики. Преданность этих людей своему народу, готовность пожертвовать собой в национальных интересах являются истинным примером осмысленности ими своих великих деяний.

История Азербайджана знала личностей, деятельность которых оставила глубокий след в нашей истории, изменив судьбу азербайджанского народа. Такой личностью является и Гейдар Алиев, который дважды за свою жизнь приходил к власти в Азербайджане, выводил страну из критической ситуации и определял основные принципы национального развития.

Гейдар Алиев считал, что только национальное начало – азербайджанство, равенство и сотрудничество представителей всех национальностей, населяющих Азербайджан, национальная консолидация, защита национальных духовных ценностей, общая история и общность языка общения позволят каждому азербайджанцу, независимо от этнической принадлежности, ощущать себя самодостаточным человеком, призванным участвовать в строительстве общего для всех дома. Гейдар Алиев понимал, что история не статичный феномен, что она изменяется и обогащается новыми событиями и явлениями, и что придет время, когда азербайджанский народ обретет уверенность в завтрашнем дне, следовательно, – надо смотреть в будущее, думать о том, как не отстать от локомотива истории.

В одной из своих прежних работ я проводил аналогию между Гейдаром Алиевым и канцлером Германии Конрадом Аденауэром. Обе личности, оставившие свой глубокий след в истории своих наций и государств, создавшие стратегию развития на годы вперед, являются олицетворением великого государственного деятеля, которому свойственны мужественность и непоколебимая твердость в достижении поставленных целей.

Создавая „Новую Германию“, Конрад Аденауэр формировал новую национальную идею для немцев, только вышедших из войны, разделенных на два государства и полностью утративших веру в завтрашний день. Гейдар Алиев, начиная с 1969 года, формировал у азербайджанцев веру в себя, утверждал уверенность в возможности отстаивать национальные интересы, консолидировал азербайджанцев во имя национального развития. Перед Конрадом Аденауэром стояла задача восстановить испепеленную войной, некогда формировавшую „европейский концерт“ Германию Бисмарка и Гете.

Трансформировав и подняв за 13 лет отсталый Азербайджан на уровень самодостаточной республики в составе СССР, Гейдару Алиеву предстояло через десять лет вновь вернуться и встать у руля государства во имя новых свершений и достижений уже независимой страны. Они оба начинали в тоталитарных системах, а продолжали свою созидательную деятельность в условиях независимой государственности, сформировав национальное кредо и перспективу развития государства. Анализируя проблемы, с которыми Азербайджан столкнулся до 1969 года – от запрета использования национального языка в качестве государственного вплоть до опасности потерять тысячи кв. км. азербайджанской территории, – становится ясно, в каких условиях приходилось Гейдару Алиеву поднимать республику и утверждать веру азербайджанцев в себя.

– Азербайджан – устоявшееся государство и результаты двадцати лет независимости демонстрируют, что государство крепко стоит на ногах и смотрит в будущее. Какие, по Вашему мнению, условия являются главными для развития национальной идеи на современном этапе?

– Нет никакого сомнения в том, что в ХХI веке путь к достижению экономического процветания, свободной и достойной жизни, путь к укреплению независимости и безопасности нации лежит через внедрение демократических принципов и норм в социальную и политическую практику. Демократизация общества создает реальные возможности для реализации интеллектуального потенциала нации, открывает простор для ее выхода к рубежам наступающей новой цивилизации. Но и сама демократизация без сопряжения с национальной идеей, без учета национальных особенностей социума обречена на неудачу. Для того, чтобы национальная идея полноценно служила развитию нации, процветанию государства, она должна „оседлать“ демократию, ориентировать общество на инновационную модернизацию. Овладевая умами людей, национальная идея должна реализовываться в решениях конкретных фундаментальных задач и целей нации. Следовательно, в современных условиях демократия становится важнейшим компонентом азербайджанской национальной идеи.

Сегодня в научной среде республики идет активное обсуждение концептуальных проектов реализации модернизационных планов, исследуются трансформационные процессы, исходя из реалий современного азербайджанского общества, его социальной структуры и динамики тех перемен, которые происходят в жизни нашего общества. Акцент делается на формирующееся гражданское общество, которое, будучи важным элементом социальной организации социума, является составляющей структурой демократии. Для Азербайджана гражданское общество – это такая социальная среда, в которой все социальные и этнические группы мирно сосуществуют, ощущают себя равноправными гражданами страны, глубоко заинтересованными в экономическом и политическом развитии государства, в постоянном морально-психологическом обновлении атмосферы совместной жизни представителей всех национальностей. Таким образом, в современную эпоху реализация национальной идеи вне интересов гражданского общества не имеет перспективы.

Современная национальная идея обогащается тем, что гражданин ощущает себя частью государства, видит в себе силы к преобразованиям, ощущает потребность в наличии сильного государства и сильного, волевого лидера. Президент Ильхам Алиев реализует политику, где национальная идея сочетает в себе как демократизацию политического пространства, поступательное и всестороннее экономическое развитие, интеграцию в мировое сообщество, так и сохранение национального духа и самобытности. В условиях глобализации – это архиважный фактор. Еще в 2004 году Президент отмечал, что „экономический рост и демократизация общества – основные элементы нашей политики, которые невозможны один без другого. Можно быть экономически сильным, но если нет демократии, нет прозрачности, если права человека не защищаются, то успеха ожидать не стоит“.

В наш век создание и развитие молодого независимого государства – очень тяжелая задача. Проводить реальную независимую внутреннюю и внешнюю политику в рамках национальных интересов, рассчитывая исключительно лишь на свои силы и ресурсы – архисложная задача. И тот руководитель государства, который добивается ее решения – поистине национальный лидер. Президент Ильхам Алиев успешно возглавляет страну на двадцатилетнем рубеже независимого существования и ведет государство к новым горизонтам, к переходу на качественно новый уровень развития.

Благодаря взвешенной и последовательной политике страна все больше и больше завоевывает успехи на мировой арене как в культурном, так и в политическом контексте. 2011 год стал годом Азербайджана – победа на самом крупном культурном соревновании Европы и получение статуса непостоянного члена Совета Безопасности ООН – все это результат проводимой умной, осмысленной политики. Вместе с тем, сами эти факты являются показателями признания Азербайджана со стороны мирового сообщества как государства, которое обладает возможностью оказывать влияние на решение международных проблем. Это и признание международного авторитета нашей страны. Несомненно, все это вызывает в коллективном сознании азербайджанцев гордость за свою Родину.

На фото: академик Рамиз Мехтиев, Руководитель Администрации Президента Азербайджанской Республики.

„Бакинский рабочий“

2011.11.22


Prisijunkite prie diskusijos