Слово, сказанное вовремя


Print

Пятилетний срок, определенный судом журналисту Борису Стомахину за его резко критические статьи в адрес российской политики на Кавказе, подходит к концу. Осталось 10 с небольшим месяцев. Впрочем, это для нас на воле – небольшой промежуток времени. Для зк же и один день длится невероятно долго.

Я не знаю, что могу сказать Борису, чтобы поддержать его. Моих слов не хватит, чтобы отплатить ему взаимностью. Помню, как когда-то давно, в далеком теперь – время летит быстро и неостановимо – 2003 году – он не то чтобы поддержал, а буквально спас меня. Одной своей статьей. Теперь я точно знаю, как много значит не то что статья даже, а одно слово – если оно произнесено вовремя.

У меня, в отличие от Бориса, нет такого дара – вовремя произносить нужные слова… Я могу только белой завистью позавидовать ему. Чеченцы, с которыми я встречаюсь в здешних лагерях беженцев, редко когда не слышали этого имени. Узнав, что я переписываюсь с Борисом, просили передать ему слова благодарности. А один мне сказал: «Я думал, это псевдоним, на самом деле пишет чеченец».

Тогда, 7 лет назад, я пыталась выразить Борису благодарность. Отправила ее «в никуда» – на сайт «Кавказ-Центр», сотрудником которого, как я тогда считала, был Борис. Навряд ли он ее тогда получил. Вторую попытку вернуть долг хотя бы отчасти предприняла тогда, когда узнала, опять же из Интернета, что Бориса посадили. Это было невозможно. Никакие письма и статьи уже не могли помочь.

Я надеюсь, что мы с Борисом встретимся лично. Как можно скорее. И на свободе, конечно. А пока у меня остается распечатанная на домашнем принтере та старая его статья, с подчеркнутыми разноцветными шариковыми ручками самыми любимыми местами. Статья, которая тогда вытащила меня из черной пропасти, позволив понять, что не весь мир враждебен и полон ненависти. Пока в нем есть такие люди, которые могут сказать такие слова – еще можно жить.

Статья, конечно, не осталась. То есть она осталась в моем родном городе, где была уничтожена моими близкими, жившими тогда в страхе перед обыском. Ведь она тоже была в списке «экстремистских материалов», инкриминировавшихся Борису.

Но выученные наизусть строки из нее – сохранились. Они звучат в моем сознании. И сохранилось на всю жизнь чувство благодарности. И память.

Я надеюсь, что я тоже когда – нибудь обрету такое умение. Это главное, чему бы я хотела научиться в журналистике. Чтобы из – под моего пера, точнее, с моего компьютера выходили такие слова, которые бы могли спасти. Анна Политковская – непререкаемый нравственный эталон в журналистике – спасала словом жизни людей. Борис спасал души от безнадежности и отчаяния – по крайней мере одну душу точно. Мою. И я почему – то уверена, что не одну.

На фото – Елена Маглеванная.

2010.05.15


Prisijunkite prie diskusijos