Чтобы изменить режим, надо измениться самим


Print

Прочитал статью И. Кулей в Беларуском партизане (www.belaruspartizan.org/bp-forte). Инна Кулей возглавляет в Беларуси комитет по защите репрессированных «Солидарность». Для неискушенного сторонника демократии она, конечно, же вселяет оптимизм. Экспансия правозащиты и режим как тот Бармалей из сказки стал необычайно добрым, осталось самую малость. Все пострадавшие учтены, 95% помогли, ну а там если что и 5% скоро помогут.

А что на самом деле? Автор, как опытный “солдат демократии”, а ныне политический диссидент из Литвы видит картину не столь оптимистичной. Однако, сначала сразу изложу свою позицию. Являясь принципиальным противником диктатуры, считаю что чем больше всевозможных структур гражданского общества, пусть даже и не очень эффективно работающих (и предположим даже коррумпированных), тем лучше для демократических сил, чем их отсутствие. Все таки хоть что-то, но они делают.

Другое дело, надо ли исправлять изъяны в их работе? Для меня ответ очевиден – надо. И допустим, если я вношу аргументированные предложения на устранение недостатков, а кто-то меня обвиняет Бог весть в чем, то кто этот обвинитель? Теоретик, который не знал проблем многих “солдат демократии”? Или “солдат”, но из касты? Или “офицер штаба”, не собравший не одной подписи?

Но приступим к сути возникших у меня и многих таких как я солдатов демократии вопросов, возникающих после прочтения статьи. Попробуем, на примере фактов из Новополоцкой общественной жизни 2007—2009 годов в них хотя бы отчасти разобраться.

Региональные структуры. Инна Кулей говорит что комитет имеет региональные структуры. Да, это верно. Например, в Новополоцке в 2007 году его работу представлял В. Кунцевич. В Витебске Х. Желяпов и его люди. В принципе, передать информацию в Центральный офис через них было можно, но в отношении меня и моих людей, по месту они ничего не решали, хотя, видимо их рекомендация могла определенным образом помочь.

Учет репрессированных. С учетом того, что в Народной Воле периодически размещались рекламы Комитета с указанием контактных телефонов, куда можно обратиться, то в принципе, действительно пострадавший оппозиционер, читающий данную газету, может обратиться в Комитет как непосредственно, так и через региональных координаторов. То-есть к учету репрессированных у меня претензий нет. Например, я лично направил в Комитет данные информацию о себе и нескольких моих знакомых репрессированных активистах.

В 2007 году Комитетом осуществлялись следующие виды помощи:

Материальная помощь пострадавшим. В принципе в Новополоцке я и еще один мой знакомый активист Валерий Ш., собрали требуемые справки и ее получили после определенной настойчивости. Все ли это претенденты из Новополоцка? Наверное нет, но в принципе наша активность нашла понимание в Комитете. Соответствует ли величина помощи отчетам перед спонсорами? Не знаю. Но известно мне другое. В тот период оперативно помощь получила Гродненская область. Витебская область в тот период ничего не получила. И общаясь с другими активистами мне известно, что помощь недополучена и в других областях, например, Гомельской.

Трудоустройство за рубежом. Я и один мой знакомый активист Милан Заверткин, в 2007 году в своей просьбе к комитету просили помощи в трудоустройстве, я уже несколько лет не мог никуда трудоустроиться вследствие происков режима, Милану власть закрыла бизнес. Оба имели семьи и это был наш единственный шанс не только выжить и прокормить наши семьи, но как показали дальнейшие события, переждать вал репрессий, шанс избежать тюремного преследования, работая в это время за границей. Но, обещания тянулись несколько месяцев, пока перед нами не возникла реальная угроза. Милан сейчас находится во Франции, я политический диссидент в Литве. Подобные претензии я слышал от многих знакомых активистов.

Получение образования.  Комитет ведет и данное направление. Некоторые представители молодежи действительно участся на стипендиальных программах за рубежом. Возможно действительно число мест ограничено и для отбора есть какие-то критерии. Но, например дочка моего знакомого Сергея С. поехала в Варшаву и учится там платно, хотя со слов Сергея ему обещали в Комитете помочь поступить его дочке на стипендиальную программу. Еще одной моей знакомой активистке, Гелене К, была обещана помощь поступить на стипендиальную программу в Чехии. Но когда дело дошло до реальной помощиб ей были предложены совершенно другие условия нежели теб которые были обозначены в просьбе и ей обещаны.

Естественно, она отказалась. Мне, перед конгрессом Демократических Сил 2007 года лично И. Кулей была обещана помощь в поступлении в ЕГУ и стипендия. Конечноб не просто так, за то что я хороший парень. У себя я много сделал для демократии. Но не будем здесь подробно перечислять, что я там сделал. По-видимому важнее было не это, а то что ожидалось, что я как делегат Конгресса и представитель Руха За Свободу поддержу на конгрессе В. Милинкевича. Частично Комитет выполнил данное обещание, направив в ЕГУ соответствующую рекомендацию. Но стипендии я так и не получил. А ведь впоследствии мне, как беженцу она очень бы помогла. Напримерб на эти деньги я мог на год бы решить проблему жилья. Я впоследствии, в Вильнюсе, уже будучи беженцем, видел Х. Желяпова и И. Кулей. С Желяповым я немного поговорил про свои материальные проблемы как беженца, но ответ был неутешительный для меня.

В 2009 году мне позвонил Роман. Р, который поступил в ЕГУ. Причину звонка он объяснил тем, что ему надо платить за обучение, и он хотел узнать как можно решить данный вопрос, поскольку ему кто-то объяснилб что я от Солидарности получаю стипендию, обучаясь в магистратуре. То-есть мало того, что в Комитете мне стипендии не дали, так еще и наши региональные координаторы пиарили Комитет с помощью наглой лжи о том, что мне якобы данная организация дала стипендию. Но в данном случае важнее не эта ложь, а то что обман продолжался и в 2009 году в отношении других активистов (парень до сих пор вынужден нести все расходы в связи с обучением в ЕГУ, а это суммы порядка нескольких сот долларов в месяц).

Ситуация с помощью комитетом берженцам, которые числятся в его списках. Выше я коснулся немного, на своем примере проблемы беженцев. Мне известны еще некоторые дополнительные примеры, когда представители комитета поступают по принципу: нет солдата демократии (он беженец)б нет и проблемы. Например мой знакомый Владимир К. попросил политическое убежище в Польше. В Варшаве он с женой встретили И. Кулей. Из вежливости она спросила, конечно, за жизнь, но когда Володя начал просить о помощи, она сказала, что у всех беженцев такие проблемы и ничем помочь нельзя. Упоминаемому мной Милану, ныне беженцу во Франции, помощи также Комитет не оказал. То-есть вместе со мной это 3 человека, которые были в списках комитета, а возможно есть там и до сих пор. Во всяком случае, я бы наверное до сих пор получал от них всякие расссылки, если бы не попросил прекратить эту показуху памяти, заменив ее реальной помощью. Но ведь таких солдат демократии попросивших политическое убежище и числившихся в списках Солидарности очевидно более чем 3. И какая роль здесь Солидарности? Рассылки и отчеты на бумаге о помощи этим беженцам перед разными фондами вместо реальной и жизненно необходимой пострадавшим людям помощи?

Краткое резюме. Здесь описана в общем виде ситуация в Новополоцке. Как видно, эффективная помощь оказана не 95%, а пожалуй, наоборот 5., во всяком случае показатели гораздо ниже указанных в статье. Если гипотетически распространить Новополоцкую ситуацию на Беларусь (а подобные жалобы автор слышал и от активистов из других регионов), то сделаем пока следующие предварительные выводы. Некоторая помощь ведется Солидарностью в части материальной помощи, трудоустройства и обучения за рубежом, но на приведенных примерах видно, что оказывается она далеко не всем, и не в требуемых размерах, зачастую поздно. Помощь же беженцам, в принципе не входит в число направлений деятельности Солидарности. И над этим надо работать, статьи, подобные опубликованной в Беларуском партизане данной проблемы не решают, скорее наоборот, затеняют проблемы и оттягивают соответствующие реформы. Надеюсь, что приведенные факты послужат возможностью для исправления недоработок данной организации.

Сухоруков Игорь диссидент, делегат Конгресса Демократических Сил 2007 года. Состоял с 2007 года и по всей видимости до сих пор состою на учете в списках репрессированных в Солидарности. Солдат демократии, убежденный противник режима, и не менее убежденный сторонник необходимости реформ в демократических организациях.

2010.01.18


Prisijunkite prie diskusijos