Твои доказательства ничего не стоят, потому что ты имеешь дело с КГБ


Print

18-ого января 2010 года в суде Островецкого района было проведено предварительное судебное заседание  на котором в порядке регреса рассматривался  иск Белорусского бюро по транспортному страхованию,  предъявленный мне о возмещении вреда причиненного   в следствие  ДТП, произошедшего  11.09.2009. с моим участием и участием автомобиля принадлежащего Островецкому районному отделению КГБ. Интересно, что повестку в суд я получил за два дня до судебного слушания – 15.01.2010. Суд начался а 10-00 и закончился около 12-00.   В  процессе  судебного заседания  была  заслушана позиция сорон и  разрешены ряд ходатайств. Суд, в частности, удовлетворил мое ходатайство о приобщении к материалам дела и рассмотрении в суде  подготовленных  мною  возражений против иска, которые находятся в одном из приложенных файлов.  Следующее слушание назначено  на 10-00 29.01.20010.

В связи с тем, что я категорически не признаю свою вину в произошедшем ДТП в качестве свидетеля может быть опрошен  начальник Островецкого районного отделения КГБ С.Шмурей, или Островецкое районное  отделение КГБ может  быть привлечено  к  суду  в качестве третьего лица.

В суд Островецкого района Гродненской области

Гр-на Уласевича Николая Михайловича прож. д. Ворняны,  Островецкого района, ответчика по гражданскому делу о возмещении вреда Белорусскому бюро по транспортному страхованию.

Возражения против регрессного иска Белорусского бюро по транспортному страхованию о возмещении вреда

В суд Островецкого района, в порядке регресса подан иск Белорусского бюро по транспортному страхованию  (далее ББТС) ко мне о возмещении вреда  в размере  571 347 рублей, причиненного в результате ДТП, произошедшего 11.09.2009. в г.п. Островец с участием автомобиля  ВАЗ 21063 под моим управлением и автомобиля  ВАЗ 21213 «Нива», принадлежащего управлению Комитета государственной безопасности  по Гродненской области. 

Указанный иск считаю необоснованным и незаконным и  возражаю против егоисходя из следующего.

1.  Первое, о чем я хочу сразу  заявить это то, что я категорически отрицаю свою вину в совершении дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 11.09.09. с участием  автомобиля под моим личным управлением и автомобиля местного отделения УКГБ по  Островецкому району, в результате которого, моему автомобилю был причинен   несравнимо более значительный материальный ущерб, чем автомобилю  КГБ.

Я  признаю свою вину только лишь в том, что у меня  на момент ДТП  была допущена  просрочка страховки гражданской ответственности, о чем я, конечно же, сожалею. Но за  указанное нарушение я понес максимальное наказание, которое предусмотрено по  ст.28.20.2   КоАП РБ в виде штрафа в размере 350 000 рублей . 

Я также виню себя  за то, что не смог предотвратить и избежать указанного ДТП, несмотря на то,  что это была заранее спланированная провокация-подстава, вина за  которую всецело лежит на противоположной стороне. Но в данном случае речь идет не юридической вине перед законом, а вине перед самим собой. А поэтому  еще раз хочу подчеркнуть – вины перед законом у меня нет. За указанное ДТП на меня так же наложено административное взыскание в виде штрафа в размере 175 000 рублей. Считаю это сделано незаконно и необоснованно.

Как и следовало ожидать, по результатам  проведенного расследования ДТП гоавтоинспекцией Островецкого РОВД,  мне не удалось доказать свою невиновность в его совершении. И это понятно –  ведь в этом случае имеет место именно тот случай, когда  все твои доводы и доказательства ничего не значат и ничего не стоят, потому что ты имеешь дело с КГБ. Ведь всем нам  хорошо известно, что все, что когда-либо делало или  сейчас делает КГБ, считается верным и не подлежащим никакому сомнению по определению. А люди, которые  там  работают это особая каста  всегда правых, непререкаемых,  и,  соответственно,   неприкасаемых.  А это значит,  какие бы неопровержимые   доказательства,  свидетельствующие  о своей невиновности я  бы не  приводил, я был просто  обречен на то,  что  буду назначен в виновники ДТП.

Именно так и произошло в этом случае.

В частности, мне не удалось доказать, что именно водитель автомобиля КГБ нарушил правила дорожного движения, а не я. Ведь именно  он  не пропустил меня, выехав со стоянки, расположенной на противоположной стороне улицы и находящейся напротив  здания Островецкого райисполкома. При этом грубо нарушил правила дорожного движения, так как пересек сплошную разделительную полосу  и  выехал на  противоположную полосу  дорожного движения, по которой  двигался я, имея полное право  для  беспрепятственного движения. Кроме того,  далее  этот автомобиль резко  и беспричинно  для дорожно-транспортной ситуации остановился перед моим автомобилем,  создав тем самым аварийную ситуацию. 

В связи с этим я сегодня как никогда прежде абсолютно убежден в том, что данное ДТП   это не какое то случайное стечение обстоятельств,  а  очередная, причем  уже далеко не первая и заранее спланированная  провокация  в отношении меня и  организованная с участием  местной спецслужбы. И на это указывают следующие факты и обстоятельства, которые  предшествовали или сопутствовали  указанному ДТП.

Во-первых:  о  неслучайности, а  как раз  о   преднамеренности  случившегося  ДТП  и   вине  за его  водителя автомобиля ВАЗ 21213 “Нива”,  объективно и убедительно свидетельствует  схема  дорожно-транспортного происшествия,  составленная инспектором ГАИ О. Козичем, где четко видно, что автомобиль КГБ стоит не вдоль осевой линии улицы, а наискосок  пересекая  полосу движения. Что полностью подтверждает  как факт  выезда  со стоянки с противоположной стороны,  так и наличие   «подреза». Однако данное  ключевое обстоятельство  при исследовании  всех обстоятельств ДТП госавтоинспекцией  района было  полностью  проигнорировано  и ему не было  дано совершенно никакой  оценки. Кроме того, факт  выезда со стоянки  автомобиля ГАИ  подтверждает и имеющийся  свидетель ДТП, однако он боится давать   показания, опасаясь преследований.

Во-вторых: на факт  совершенной в отношении меня  провокации-подставы, пусть и косвенно,  указывает и то обстоятельство, что  практически сразу же после  ДТП  водитель КГБ перешел на противоположную сторону улицы, т.е на стоянку, где до этого стояла   его автомашина и стал разговаривать с двумя молодыми людьми в спортивной одежде, которые впоследствии стали одновременно и понятыми,  и  активными свидетелями по происшествию в пользу водителя автомобиля КГБ.  Хотя,  если  исходить из логики  любого ДТП  (не  является   исключением и указанное),  то свидетелей следовало бы в первую очередь искать не на противоположной стороне улицы, откуда случившееся  было и удалено, и закрыто стоящими на стоянке и проходящими встречными автомобилями, а именно на той стороне улицы, где это и случилось. Так как те, кто находился на этой стороне улицы, где произошло ДТП могли видеть гораздо больше и их показания о том как все было, могли быть и достовернее и объективнее. Однако водитель райотдела КГБ   с самого начала  не стал искать свидетелей  в непосредственной близости от места  ДТП, а   практически сразу пошел на противоположную сторону и нашел там то, что  ему и надо было.

К тому же, хочу обратить внимание и на еще одно немаловажное обстоятельство. Как  свидетельствует практика  любых  происшествий, включая и ДТП, посторонние люди крайне неохотно берут на себя роль свидетелей. Эти же двое неизвестных с противоположной стороны энергично и без каких либо колебаний стали слово в слово повторять то, что утверждал водитель автомобиля КГБ. Все это не только не может не вызывать обоснованные подозрения и недоверие к их показаниям,  а прямо наводит на мысль о заранее подготовленной версии происшествии, с заранее подготовленными  свидетелями.

В третьих: на не случайность, а преднамеренность случившегося,  пусть и косвенно,    указывает и тот факт, что нач. рай. Отделения КГБ С. Шмурей категорически отказался от моего предложения  о добровольном возмещении причиненного ущерба без участия  каких либо посредников, что  неизбежно вело к  значительному увеличению размер  этого   ущерба. И что сегодня нашло свое полное подтверждение, если  взять те документы, которые представлены в суд истцом  в качестве обоснования  размера причиненного  ущерба и сравнить их с теми  фотографиями на которых зафиксирована реальные   последствия ДТП, сделанными как госавтоинспекцией так и  экспертом проводившим экспертизу. Из фотографий невооруженным взглядом  видно, что ущерб причиненный авто КГБ просто копеечный. Однако ущерб по документам оценки его при  участи ОДО «Белэкспертиза» и ББТС  в консолидированном   выражении  достиг почти 600 000 рублей.

В  связи с этим у меня не вызывает никакого сомнения , что  одной из  целей  спровоцированного ДТП  была цель развести  меня  как можно на большие деньги, что бы тем самым  вывести из психологического равновесия, отвлечь от моей нынешней  общественно-политической и правозащитной деятельности  всецело направленной на  противодействие строительству АЭС не только в Островецком районе, но и в любом ином месте Беларуси.

Считаю, что именно с этой целью и был запрошен эксперт из Минска, а не скажем из   близлежащих Ошмян или Сморгони, что бы из сущего пустяка  выжать как можно больше. Но это, разумеется,  была цель минимум  данного ДТП.  

Что же касается  цели-максимума,  то расчет  наверняка делался на гораздо более тяжелые    последствия  ДТП. Причем последствия не только материального характера,  а и  возможного причинения вреда жизни и здоровью. Причем не только моим личным, но и жизни и здоровью находящегося в момент ДТП  в автомобиле вместе со мной, моего коллеги по антиатомному сопротивлению  в районе  И. Крука, а так же и возможно    других посторонних  граждан случайно оказавшихся на месте ДТП, со всеми вытекающими для меня  тяжелыми последствиями.

В четвертым: я  считаю, что  весьма  существенным обстоятельством для  восстановление истины,  проливающим  свет на  произошедшее  ДТП  является и тот факт, что лично сам нач. райотделения КГБ С. Шмурей, когда я приехал к нему  16.09.2009. с просьбой   решить вопрос о ликвидации последствий ДТП не привлекая посредников, что бы не  раздувать размеры ущерба, во время нашей беседы признался, что никто в Островце, кто осведомлен о произошедшем ДТП, не верит в его случайность. На что я  ему ответил, что все эти люди совершенно правильно думают.

О том, что произошедшее ДТП это не случайность, а самая настоящая подстава-провокация, которая имеет хорошо прослеживающиеся четкие причинно-следственные связи, неопровержимо свидетельствуют следующие факты, которые за последние год -полтора в отношении меня регулярно совершались при непосредственном участии указанной спецслужбы или же  правоохранительных органов района.

И вот только   несколько  примеров. Одна из первых подобного рода провокаций  в отношении меня была совершена в конце августа  2008г. лично начальником Островецкого райотделения КГБ  С.Шмуреем. Она заключалась в том, что С.Шмурей сам  лично распространил в отношении меня недостоверную и дискредитирующую меня информацию о том, что я  якобы являюсь инициатором коллективного письма-обращения 18  гр-н д. Ворняны, где содержится  просьба о депортиртации с территории Беларуси гр. Литвы Й. В. за его якобы деструктивную деятельность в Островецком  районе. Эта акция  была совершена как раз в то время, когда я был выдвинут кандидатом в депутаты ПП РБ по Сморгонскому избирательному округу от Объединенной гражданской партии и  сразу стал предметом пристального «внимания» и провокаций  со стороны спецслужб.

Характерно, что в последствии, после нескольких моих обращений  в соответствующие государственные органы с запросом по данному факту, стало известно, что никакого коллективного письма вообще не существует в природе. Однако факт остается фактом.  Утка С.Шмуреем была запущена. А расчет  делался  однозначно на мою дискредитацию,  что бы бросить тень на меня, опорочить в глазах моих знакомых, друзей и просто  граждан моих избирателей. Причем это было сделано очень расчетливо – именно в тот период, когда уже началась избирательная компания в парламент,  и я был выдвинут кандидатом в депутаты ПП. РБ.

У меня нет никаких сомнений в том, что районная спецслужба причастна и к еще двум    другим еще более грязным провокациям, которые  в отношении меня и моего коллеги по ОГП и антиатомному сопротивлению Крука имели место в начале прошлого года. Эти  провокации с интервалом  в один месяц были совершены посредством  сфабрикованных и распространенных одномоментно сразу  в нескольких  населенных пунктах Островецкого района, а в одном случае даже и в Г.Сморгони, подметных  листовок и  возваний   крайне оскорбительного     содержания .  Обе эти провокации были совершены ночью.

Первая в ночь с 8 на 9 января 2009 года, вторая с 27 на 28 февраля  этого года.

Разумеется, изобличить виновников всех  этих совершенных в отношении меня провокаций, несмотря на мои настойчивые  обращения в правоохранительные органы включая и прокуратуры   района и области   не только не удалось, а  все  обернулось  для меня и Крука И. с точностью до наоборот. 11 марта прошлого года с  санкции  прокурора района в мой дом и жилье Крука И. пришла милиция и провела  обыски, которые были санкционированы прокурором района. Характерно, что и этот вопиющий произвол стал очередной провокацией в отношении меня, инициатором  которой стал не кто иной, как нач. районнного отделения КГБ  С. Шмурей. Так как основанием  для дачи санкции прокурора на обыск как раз таки стало сообщении в РОВД именно нач. районного отделения КГБ  С.Шмурея о том, что  04.03.2009.в д. Ольховка неустановленные лица распростаняют печатные материалы неизвестного характера. По этому сообщению в этот же день был задержан мой коллега И.Крук, который добровольно отдал два имеющегося у него экземпляра малотиражной газеты “Астравецки весник” в которой я значился как редактор этого издания. И этого оказалось достаточным для того, что бы  прокурор  района в грубейшее нарушение закона  дал свою санкцию на вторжение  четырех работников милиции и двух понятых в мое жилище,  неприкосновенность которого  гарантирует Конституцией  РБ. Нет нужды говорить, что  и за этот произвол несмотря на мои жалобы вплоть до Генпрокуратуры  на действия целого ряда должностных лиц включая прокурора района никто  так и не  был привлечен к ответственности. Хотя в отношении меня  никакого ни  административного, ни уголовного  дела никто ни тогда,  ни позже не возбуждал .

И наконец 11.09.2009 опофеозом всех этих фактов и событий становится ДТП с моим участием и участием автомобиля принадлежащего районному отделению КГБ.  Спрашивается, может ли нормальный здравомыслящий человек после вышеизложенной  череды случайностей поверить в случайность ДТП  с моим участием и участием автомобиля КГБ? Я думою ответ на этот вопрос очевиден.

Кроме того, на  преднамереный и спланированных характер ДТП указыват и целый ряд  косвенных улик.

Например, ДТП случилось  буквально за несколько дней до поездки президента РБ  А. Лукашенко в Литву и спустя три дня после того как были опубликованы так называемых ОВОС при строительстве АЭС в Островецком районе, слушания по которым соостоялись 10 октября прошлого года в Островце,    на которых   я   собирался  выступать  с критикой  этого документа и  недопустимости строительства АЭС в Беларуси и   не скрывал этого.  

Таким образом, произошедшее  ДТП это не простая случайность. И не потому, что любая случайность лишь подтверждает закономерность. Данное ДТП – это заранее спланированная провокация-подстава, целью которой было как минимум выбить меня из психологического равновесия, отвлечь от моей нынешней общественно-политической деятельности   всецело направленной на   антиатомное  сопротивление и заставить замолчать. Причем все это было сделано именно в конкретно нужное время.

Уверен, что по максимуму расчет наверняка делался и на  покушение. Причем не только на мою личную жизнь и здоровье, но и на жизнь и здоровье ехавшего вместе со мной моего ближайшего сподвижника по общественно-политической деятельности  И. Крука. 

Ну, а что касается мотивов  всего  этого, то они лежат на поверхности. Это моя  непрекращающаяся многолетняя общественно-политическая, правозащитная деятельность, и в особенности моя нынешняя принципиальная антиатомная позиция,   направленная на недопущение строительства  Белоруской АЭС  не только в Островецком районе, но и нигде в любом месте Беларуси.

2. Вторым основанием возражений  против  предъявленного мне иска является то, что оценка  размера причиненного вреда находится далеко за пределами как объективности, так и обоснованности с точки зрения требований действующего законодательства .

Как я уже сказад выше, хотя я изначально не считал и не считаю себя сейчас виновником ДТП со всеми вытекающими отсюда последствиями, однако первоначально я не возражал   против  возмещения  вреда владельцу автомобиля ВАЗ 21213 “Нива”. Это решение мне  настоятельно диктовали следующие обстоятельства.      

Во-первых: то, с кем я имею дело и абсолютная уверенностью в том, что я  попал как раз именно в ту ситуацию, что никогда, нигде и ни при каких обстоятельствах не смогу доказать свою правоту и невиновность – будь я тысячу раз прав. Во-вторых: ничтожными  размерами причиненного вреда автомобилю ВАЗ 21213 “Нива”, что хорошо определялось визуально и что объективно подтверждается имеющимися фотографиями последствий ДТП.

В третьих: тем, что все же именно я въехал взад чужому автомобилю, а не наоборот. И в  четвертых: неслабым шоком  в котором я  оказался сразу после случившегося ДТП.

А поэтому именно с целью исчерпания  инцидента с минимальными для себя потерями я  сначала 16.09.2009.  устно, а  затем  22.09. 2009. письменно обратился к начальнику  Островецкого районного отделения КГБ  С.Шмурею с предложением добровольно и без посредников оплатить ремонт поврежденного автомобиля на любой из СТО г.п. Островец. Но  получил первоначально устно отрицательный ответ мотивированный тем, что я якобы  могу его обмануть. Этот же ответ позже был подтвержден зам.начальника Гродненского областного управления КГБ  И. Сергеенко письменно, правда с несколько иной  мотивировкой. В результате  мне ничего не оставалось как молча пройти по пути ,  который продиктовала  вторая сторона.

23.09.2009 . экспертом ОДО “Белэкспертиза” Г. Новицким с моим участием и участием шофера автомобиля КГБ в Островце по адресу ул. Полевая, 14  был  проведен осмотр поврежденного автомобиля ВАЗ21213 “Нива”, по итогам которого  составлен акт осмотра.  Должен обратить внимание, что при  организации этого    мероприятия  было нарушено требование п. 13 ПРАВИЛ определения вреда, где в ч.2 сказано, что приглашение заинтересованному лицу  должно быть передано не позднее чем за два дня до проведения осмотра.  Мне  же оно было передано накануне вечером  за  14 часов до осмотра, что  существенно  ограничило   мои возможности для  обеспечения     полноценной подготовки к осмотру и защиты своих  законных  прав.

Далее экспертом  уже самостоятельно  были сделаны два  экспертных заключения: заключение  о стоимости  ремонта транспортного стредства  №51344 и заключение о  размере причиненного вреда № “51344   датируемые    12.10.2009. Из последнего   следует, что  итоговый размер  причиненный вред   определен  суммой  равной  314 422 рубля.

Письмом от 14.11.2009. №0503/15578  за подписью заместителя  генерального директора     ББТС П.Г.Сусекова  мне  была  предъявлена претензия об оплате  расходов  бюро по  возмещении    вреда в  срок до 25 ноября 2009 года  на общую сумму  571 347 рублей.  В  указанную   сумму, кроме непосредственно  оцененного вреда была  включена и сумма  в размере 255 305 рублей,  представляющая собой  компенсацию услуг  по  проведенной экспертизе  ОДО “Белэкспертиза”.

В связи с тем, что   размер  причиненного  вреда    более чем  на порядов оказался выше ожидаемого  я обратился ББТС о предоставлении  мне   всех  документов касающихся  проведенной экспертизы и определения размера   вреда.

В соответствии с  п.8 ПРАВИЛ  определения размера вреда, причиненного транспортному средству в результате дорожно-транспортного происшествия, для целей обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств,  таковыми    документами являются:

«Заключение о размере вреда, в котором указываются ;

наименование, юридический адрес оценщика, определяющего размер вреда;

ссылки на документы, подтверждающие право на определение размера вреда;

дата составления и порядковый номер заключения, дата, время и место осмотра;

цель и основание для проведения осмотра;

наименование погибшего либо поврежденного ТС с описанием идентификационных, регистрационных характеристик ТС, установленных при осмотре ТС;

фамилия, имя, отчество владельца или доверенного лица, адрес прописки или юридический адрес;

итоговые результаты расчета размера вреда, причиненного ТС (стоимости восстановления, стоимости обновления, действительной (остаточной) стоимости (при необходимости), стоимости устранения дефектов заменяемой или подлежащей ремонту части ТС (при необходимости);

размер вреда, причиненного ТС, в случае восстановления ТС и (или) в случае гибели ТС (сведения об остатках, какие передаются страховщику либо какая сумма) и, в том числе, сумма налога на добавленную стоимость;

перечень используемых документов;

валюта, используемая в расчетах, ее курс на дату ДТП.

К  заключению о размере вреда, причиненного ТС, прилагаются:

калькуляция стоимости ремонта (восстановления) ТС (перечень ремонтных воздействий, стоимость запасных частей, материалов, ремонтных работ и окраски, стоимость устранения эксплуатационных дефектов (при необходимости);

выводы о возможности ремонта (восстановления) ТС и его частей и (или) гибели ТС;

документы, подтверждающие дополнительные расходы, связанные с определением и снижением размера вреда;

калькуляция утилизационной и (или) скраповой стоимости остатков деталей, узлов и агрегатов ТС (при необходимости);

другие документы, имеющие существенное значение для установления факта наступления страхового случая либо определения размера вреда».

Из указанного  выше перечня   ББТС  мне любезно предоставило только  лишь  копии следующих документов:

заключение о  размере причиненного вреда № “51344  от   12.10.2009;

заключение  о стоимости  ремонта транспортного стредства  №51344 от 12.10.2009.;

14 фотографий поврежденного ТС и его частей;

а  так же  акт осмотра поврежденного ТС от 23.09.2009.:

и счет   № 51344  ОДО “Белэкспертизы” для оплаты      услуг экспертизы   на сумму 255 305 рублей.

То есть,  мне не были предоставленны предусмотренные п.8   Правил определения размера вреда  следующие запрошенные   документы:

калькуляция стоимости ремонта (восстановления) ТС (перечень ремонтных воздействий, стоимость запасных частей, материалов, ремонтных работ и окраски, стоимость устранения эксплуатационных дефектов (при необходимости);

выводы о возможности ремонта (восстановления) ТС и его частей и (или) гибели ТС;

калькуляция утилизационной и (или) скраповой стоимости остатков деталей, узлов и агрегатов ТС (при необходимости).

Кроме того, мне   не была предоставлена  копия договора  между страховщиком и оценщиком  об  определении размера вреда,   предусмотренная п. 17 ПРАВИЛ,   в соответствии с которым на меня возложена обязанность  произвести оплату  услуг ОДО «Белэкспертиза»  в размере 255 305 рублей. Основанием отказа   предоставить мне эту копии стало утверждение зам. генерального директора ББТС П. Сусекова,  что этот документ мне  предоставлен быть не может, потому что он  якобы   касается исключительно двух договаривающихся сторон. Совершенно ясно, что данное утверждение является необоснованным и незаконным в силу своей  откровенной  надуманности, так как   договор о котором идет речь  является правовым основанием не только для взаимоотношений двух сторон, но и для  взыскания с меня оплаты услуг за проведенную экспертизу. А это значит, что он  касается моих личных прав и  законных  интересов.

Таким образом,  с учетом вышеизложенного  у меня есть  достаточно оснований  сомневаться  в правильности и объективности   произведенной оценки  причиненного вреда. И не только потому,  что мне были  предоставлены  не   все предусмотренные законодательством  документы произведенной оценки вреда, а потому что и предоставленные документы не  только не дают полной картины для произведения проверки правильности сделанной  оценки  причиненного вреда, а , наоборот, в отдельных случаях  прямо убеждают в обратном.

Так, в отсутствие калькуляции стоимости ремонта (восстановления) ТС,  выводов  о возможности ремонта (восстановления) ТС и его частей, а также калькуляция утилизационной и (или) скраповой стоимости остатков деталей, узлов и агрегатов ТС,  предусмотренных п. 8 ПРАВИЛ,  ,  целый ряд включенных в заключение оценочных  положений о размере вреда    вызывают  не просто сомнение, а недоумение.

Например,  зачем понадобилось включать в расчет оценки вреда снятие и разборку  дверки задка. Когда  для  устранения  микроскопичекой  деформации и сколов лакокрасочного покрытия  в нижней правой части   дверки  задка достаточно было   только снять    внутреннюю обивку дверки.  О чем в акте  осмотра  ТС от 23.09.2009г. в соответствующем разделе я записал свое категорическое несогласие  по этому поводу. Но никакой реакции на это мое  замечание так и не последовало. То есть,  я не получил ответ на вопрос,   из  предоставленных мне на руки для знакомства документов,  почему  отвергается данное мое замечание.

Я так же считаю, что и снятие  топливного бака    является совершенно  необоснованным ремонтным  мероприятием и  оно  использовано  истцом только лишь для того, что бы  искусственно  увеличить размер вреда и сделать его более  дорогостоящим. Ведь     топливный бак  у «Нивы» находится сразу за задним сидением, а место повреждения  ланжерона и крепления бампера  находится  под днищем автомобиля. То есть на достаточно  пожаробезопасном удалении для проведения ремонтных работ, включая  и сварочные. А поэтому считаю, что и  это одно из самых дорогостоящих  ремонтных   мероприятии,  равно как и снятие и разборка дверки задка,   включено  в перечень ремонтных воздействий необоснованно, что бы  максимально увеличить сумму причиненного вреда.

Считаю, что  именно по той же самой  причине в заключение  о стоимости ремонта  включены  снятие и установка батареи аккумулятора стоимость чего определена аж   в  3 737 руб.,  тогда когда вполне достаточным было бы снять с  батареи только  клеммы. И  сделать это  можно  было в течении буквально одной минуты  и    даже  не заметив этого.

Как видно из  представленных фотографий  повреждений ТС совершенно неуместным  является включение в стоимость ремонта   замены петли буксировочной, так как она  после ДТП осталась совершенно целой и не поврежденной.

Также хорошо видно из  представленных фотографий  повреждений ТС, что  явно завышена расценка по ремонту ланжерона, так как все   его повреждения заключаются  исключительно  в сорванных  болтах крепежной  опоры   бампера. Однако по заключению эксперта о размере вреда  ремонт ланжерона  стал одним из самых дорогостоящих ремонтных воздействий,  оцененных суммой в размере  37 320 руб.

Кроме того,  экспертизой при проведении оценки  размеров причиненного вреда  не разрешен вопрос о скраповой стоимости  замененного бампера,  или   передачи его мне, как я об этом просил в одном из своих обращений  в ББТС.  Данное обстоятельство   прямо свидетельствует  как не об объективности  проведенной экспертизы, ее неполноте,  так и не соответствии ее всем требования действующего законодательства.

Должен заметить, что все вышеизложенное не является  полным  перечнем   всех примеров  необоснованного или незаконного  включения  в заключение о стоимости ремонта ТС  перечня   работ ,    воздействий, материальных затрат или  же  необоснованного  завышения   на  их расценок. Примеры такого рода  можно продолжить практически по   каждому оценочному  выводу. Но я не стану приводить примеры с мизерными по цене  оценочными выводами. Они  и так хорошо видны  невооруженным взглядом, если на все это смотреть беспристрастным взглядом. В связи со всем этим я  хочу лишь  еще раз сказать о том, что  все это стало возможным    только потому, что при оценке вреда  не были выполнены безусловно  все требования ПРАВИЛ  определения размеров вреда, предусмотренные п. 8. И   не выполнены они были только  потому, что  все это значительно сужало возможности эксперта   для   произвольного завышения оценки вреда, а это значит и для своего личного материального  вознаграждения. То есть, чем  больше эксперт «насчитывал»  вреда, тем   больше  он наверняка и получал вознаграждение за все это  себе лично.  Вот почему в связи   с этим, кроме      собственно  самой оценки   размера вреда, не меньше вопросов  возникает  и к  размеру стоимости услуг экспертизы,  проведенной экспертом  ОДО  «Белэкспертизы» Г. Новицким.

Например,   мне  совершенно   не понятно  из счета №51344 ОДО «Белэкспертизы»,  предъявленного ББТС для оплаты услуг по экспертизе,    из чего  состоит  расчет   за составление заключения о стоимости ремонта и размере   вреда,  оцененный  суммой   равной  51 678 руб.. И ,    что включает  в себе  услуга   по подготовке и сопровождению  документов о размере вреда,  оцененная  в  сумму равную 27 562руб.?  И не есть ли в  этих двух случаях,  какой то скрытый  двойной счет  за одно и то же действие или одну и  ту же услугу?

Для меня  также непонятно откуда  появилась  в этом счете  сумма в размере  134 364 рублей для оплаты выезда эксперта к ТС потерпевшей стороны? Ведь если исходить из ее, то  на момент  проведенной оценки  за эту сумму  можно было бы купить  более 60 литров бензина А-92 и на этом бензине проехать   более 700 км на автомобиле «Мицубиси»  гос.  №4884 ВС5,  на котором на проведение осмотра ТС приезжал эксперт.  Мне  также в этой графе непонятно   откуда взято расстояние в 195 км.?  И вообще мне не понятно о расстоянии  между какими населенными  пунктами идет речь?  К тому же  в  заключении о размере  вреда в нарушение  требований   п. 8 Правил  не указано место и время проведения  осмотра ТС.

А поэтому, если  принять во внимание, что осмотр делался  в Островце,  как это следует из акта осмотра, а эксперт ехал из  головного офиса из Минска,   то это  более чем на 25 км. превышает  расстояние по справочнику. Если же это расстояние в  обе стороны,  то оно значительно короче реального.

Кроме того, что касается этой  части   расходов   по возмещению вреда, которые   возложены на меня, у меня есть и такой вопрос. Почему ББТС воспользовалась услугами оценщика проживающего в Минске, а не воспользовалась услугами  оценщиков имеющихся в г.Сморгони и г.Ошмяны ? Не по той ли причине, что кому то очень нужна была оценка вреда побольше и почувствительнее для меня ? Вопрос, конечно,  риторический, потому что ответ очевиден. А это значит, что и по этой причине  предъявленная для меня претензия   является необоснованной и  незаконной, так как  преследует откровенно стяжательские цели и устремления истца и тех от имени кого он выступает.

Таким образом считаю, что предъявленный мне для возмещения ущерб,  причиненный в следствие ДТП,  является необоснованным,   незаконным. Его оценка и  размер  откровенно    продиктованы  стяжательскими целями и устремлениями и    представляют собой   инструмент  расправы надо мной за мою   общественно-политическую деятельность, которая в  последнее время  была всецело направлена   на противодействие строительства атомной электростанции  в Островецком районе. Тот факт, что это делается  руками ББТС  через регрессный иск, а не  напрямую руками  КГБ,  которое в отношении меня  за последнее время  совершило не одну провокацию, не имеет принципиального значения, а  лишь подтверждает тот факт, что  КГБ     предпочитает   делать грязную работу не своими, а  чужими руками.

На основании вышеизложенного  прошу:

1.  Отказать   в удовлетворении  иска  ко мне в порядке регресса Белорусскому бюро  по транспортному страхованию,  так как в совершенном ДТП  нет моей вины. Вина за совершенное  ДТП всецело лежит на шофере   автомобиля ВАЗ 21213 «Нива».

2. Вынести решение  суда о проведении  дополнительной  проверки  всех обстоятельств ДТП для установления  истины.

В качестве досудебной подготовки материалов дела прошу истребовать из Островецкого РОВД:

материалы проверки по факту совершения ДТП 11.09.2009 г., включая  все  фото и видеосъемку;

материалы проверки по  фактам распространения в отношении меня печатных материалов клеветнического и оскорбительного содержания  в ночь с 8 на 9 января и 27 на 28 февраля 2009г;

материалы проверки по факту проведения в моем доме обыска  11 марта 2009 года,   санкционированного  прокурором  Островецкого района 6 марта 2009 г..

Истребовать из прокуратуры  Островецкого района, а так же из  Островецкого районного отделения КГБ:

материалы проверки  по  моему заявлению об использовании моего имени с целью компрометации в августе-сентябре 2008 года.

2010.01.24


Prisijunkite prie diskusijos